Конница
Лютцен, 1632 г. - шведские реформы

вследствие реформ Густава Адольфа, кавалерия была реорганизована в эскадроны, а к тридцатым годам того же века — в полки. Теоретически полк состоял из двух эскадронов, а эскадрон из четырех рот по 125 чел. в каждой (эскадрон в данном случае есть не что иное, как батальон, или, применительно к коннице, дивизион, тогда как роты можно считать эскадронами в нашем понимании этого слова. — Прим. ред.). То есть полк состоял из тысячи чел. — на бумаге.

Нет никаких источников, подтверждающих, что эти кавалеристы имели единую военную форму, несмотря на то что шведская пехота постепенно приходила к единообразию через централизованное распределение обмундирования. Недостаточное количество доспехов также вело к тому, что многим всадникам приходилось носить в качестве защитного вооружения толстые кожаные камзолы. Возможно, некоторые использовали металлические поручи на руке, удерживавшей повод, но большинство обходилось кавалерийскими перчатками с большими крагами.

До создания шведской системы в европейских баталиях преобладали две тактические методологии: голландская и испанская. В основе как той, так и другой лежало применение пехоты и артиллерии. Конница засылалась на фланги, чтобы исполнять замысловатые и бесполезные караколи до тех пор, пока не поступит команда приступить к преследованию разбитого противника. Обе системы опирались на огневые возможности войск. Опыт столкновения с поляками преподал шведам несколько уроков, и Густав Адольф сделал из них практические выводы. Он понял, что его армия нуждается в трех существенных усовершенствованиях; в наращивании огневой мощи, в использовании конницы, пехоты и огнестрельного оружия во взаимодействии друг с другом и в возвращении кавалерии к тактике контактных действий. Густав Адольф считал, что коннице вполне под силу вновь стать оружием победы в сражениях, если она станет наносить удары на высокой скорости силами хорошо обученных всадников на хороших лошадях. Постепенно он начал выстраивать свою систему, используя в середине двадцатых гадов семнадцатого века в качестве экспериментальных полигонов сражения при Вальхофе, Меве и Диршау.

При Диршау в 1627 г. шведская конница при поддержке мушкетеров сумела поквитаться с польскими противниками. При Бургшталле шведские всадники заставили отступить пытавшуюся одолеть их с помощью караколи конницу Тилли. При Брайтенфельдс, позднее, Густав Адольф дислоцировал отряды мушкетеров среди порядков кавалерии и оставил в строю пехоты коридоры для прохода резервной конницы. Таким образом огнестрельное оружие применялось по всему фронту, а три рода войск действовали в тесном взаимодействии. Также Густав Адольф позаботился о том, чтобы каждая его линия располагала кавалерийским резервом. Такой характер развертывания войск и тактические новации удивили как дружественных саксонцев, так и противников из лагеря империи, особенно огневая поддержка для конницы и ее наступательный потенциал — готовность к переходу в стремительную атаку, как только противник дрогнет. Даже великий Паппенхайм со своими знаменитыми кирасирами не смог одолеть шведов. Влияние нового подхода оказалось столь велико, что практические командиры и военные теоретики углубились в серьезный анализ происходящего, чтобы разразиться множеством наставлений и инструкций по применению шведской системы. Испанский метод вместе с караколью мгновенно перекочевали в разряд устаревших. Несмотря на то что шведские конники продолжали носить пару пистолетов, согласно инструкциям, только первый ряд мог применить огнестрельное оружие в атаке, но лишь один ствол и не иначе как с близкого расстояния. Остальным разрешалось браться за пистолеты исключительно в случаях крайней необходимости.

Шведская тактическая система прижилась и применялась многими выдающимися полководцами Тридцатилетней войны. Даже знаменитый имперский военачальник Валленш-тейн частично принял ее, разместив отряды мушкетеров по флангам кавалерии. В сражении при Лютцене Густав Адольф наблюдал за развертыванием всей протестантской шведско-саксонской армии, которую он привел помериться силами с имперскими войсками Вал-ленштейна. Протестанты хотели использовать отсутствие Паппенхайма с его формированиями, которые засекли на марше к Галле. Вал-ленштейн же до этого принял решение уйти на зимние квартиры и, выбрав в качестве ставки Лютцен, рассредоточил полки по окрестностям. Узнав о приближении шведов, он приказал своим немедленно вернуться и вновь занять позиции.

Данная глава посвящена главным образом кавалерии, и поэтому в описаниях сражений, приведенных на этих страницах, почти не присутствует пехота, за исключением случаев ее тесного взаимодействия с конницей. Поэтому описания не являются — и не могут являться — полными, в противостоянии же при Лютцене, как и в других затрагиваемых в книге сражениях, значительные по численности силы сторон действовали на довольно обширной территории, что просто не дает нам возможности рассказать обо всех из них.

« Назад «