ВОЙНЫ И СРАЖЕНИЯ
Варшава и Ивангород Русская армия умела побеждать, но она не умела пользоваться своими победами - не умела преследовать. Штаб Юго-Западного фронта не пожал плодов Галицийской битвы, обратив ее в ординарную победу. Австрийские корпуса, форсируя марши по размытым дорогам, выходили из-под наших ударов, бросая обозы, артиллерию, отсталых. Расстройство их увеличивалось с каждым днем, а в распоряжении Юго-Западного фронта имелось 24 дивизии превосходной конницы. Но штаб Юго-Западного фронта и не подумал использовать свою конницу, как и не догадался организовать энергичного параллельного преследования по левому берегу Вислы частями 9-й армии. На левом берегу находились конный корпус генерала Новикова (5-я, 8-я и 14-я кавалерийские дивизии), Кавказская кавалерийская дивизия, 75-я пехотная дивизия (гарнизон Ивангорода), части 18-й в 23-й пехотных дивизий. Нагромождение войск на Люблинском поле сражения имело следствием заторы на немногочисленных и вдобавок размытых дождями дорогах. Один затор в районе Горай - Фрамполь, где правофланговая группа 5-й армии вышла перед фронт 4-й армии, и другой - в районе Равы Русской, где левофланговая группа 5-й армии вышла перед фронт 3-й армии. Преследование запоздало на два дня. Оно было организовано фронтально и велось так вяло, что обратилось в простое следование за врагом. Иванов и Алексеев построили австрийцам золотой мост. Один лишь энергичный граф Келлер преследовал отступавшего неприятеля, и его 10-я кавалерийская дивизия взяла 31 августа у Яворова 500 пленных и 6 орудий. Еще 29 августа, начав отступление, австрийское командование обратилось с призывом о помощи к германскому и 31-го получило известие о переброске целой германской армии на Верхнюю Вислу. Конрад отводил растерзанные I, IV и III армии на Дунаец, сжав их фронт до 80 верст, а II армии предписал оборонять карпатские перевалы. Следуя за австрийцами, русские армии выходили на линию Сана. 9-я армия с боем форсировала реку у Чекаев (1-го) и Развадова (2 сентября). Левобережная ее группа взяла Сандомир - у Развадова XIV корпус взял 1500 пленных, у Сандомира 75-я пехотная дивизия захватила 1500 пленных и 10 орудий, и 4 и 5 сентября на Сан вышла и 4-я армия, причем III Кавказский корпус овладел Сенявой. У Сенявы 52-я пехотная дивизия III Кавказского корпуса взяла 27 орудий. 5-я, 3-я и 8-я армии имели в эти дни успешные бои с неприятельскими арьергардами. 8 сентября на Сан вышла и 5-я армия - и V армейский корпус захватил Ярослав. При взятии Ярослава захвачено 22 орудия. Войсками 3-й и 8-й армий при преследовании с 1 по 3 сентября захвачено 15000 пленных и 57 орудий. Штаб Юго-Западного фронта решил остановить преследование на Сане. Русская стратегия требовала очередного географического объекта - пунктика, обозначенного на карте жирным шрифтом или звездочкой. Таковой оказался налицо и был крепостью Перемышлем. Перемышль, подобно магниту, притянул к себе все русские армии. Начиная с 6 сентября штаб Юго-Западного фронта был всецело поглощен организацией осады этой крепости. Операция возлагалась на 3-ю армию, которой с 3 сентября вместо генерала Рузского командовал генерал Радко Дмитриев. 4-й и 5-й армиям надлежало обеспечить эту операцию с севера, 8-й - с юга. Вслед за отступающими армиями врага на реку Вислоку была двинута одна 9-я армия и завеса конницы. Так три австрийские дивизии в Перемышле связали руки 38 русским! Ставка отнеслась к этой досадной авантюре несочувственно, но не сумела настоять на ее отмене (и даже полусогласилась на штурм)... В дальнейшем генерал Иванов предполагал передать осаду особой Осадной армии, а остальными возобновить наступление, перебросив часть сил на левый берег Вислы. 9 сентября в Холме состоялось совещание его с прибывшим из Барановичей великим князем Николаем Николаевичем и было решено снять с фронта 4-ю армию генерала Эверта (III Кавказский, Гренадерский и XVI армейский корпуса) и двинуть ее походным порядком на Ивангород, где она должна была перейти на левый берег. Тем временем сотни поездов выгружали в Верхней Силезии и Краковском районе новообразованную IX германскую армию генерала Гинденбурга с неизбежным Людендорфом. В состав этой армии вошли 10-я пехотная и 1-я кавалерийская дивизии. В Восточной Пруссии было оставлено 7 пехотных и 1 кавалерийская дивизии VIII армии, перешедшей к генералу Шуберту. IX армия должна была перейти в решительное наступление по левому берегу Вислы и увлечь за собою австро-венгерские армии. В то же время слабой VIII армии предписано было действовать как можно решительнее, притянув на себя весь русский Северо-Западный фронт. * * * С 3 сентября армии Северо-Западного фронта возглавил генерал Рузский. С собою он захватил в качестве генерал-квартирмейстера Бонч-Бруевича, сразу ставшего играть главную (и вредную) роль. Первые распоряжения львовского победителя были проникнуты безнадежным пессимизмом. Несмотря на то что немцы приостановили преследование Ренненкампфа и приступали к переброске двух третей своих сил в Силезию, Рузский распорядился отвести 1-ю армию за Неман, 10-ю - за Бобр и 2-ю - на Нарев. Три русские армии отходили, таким образом, перед тремя германскими корпусами. Пассивность генерала Рузского волновала штаб Юго-Западного фронта, где генерал Алексеев замечательно верно угадал намерение противника. Генерал Иванов просил Ставку подействовать на штаб Северо-Западного фронта для сосредоточения крупных сил в Варшавском районе с целью обеспечить наступательные действия на левом берегу. Со своей стороны, генерал Рузский решил к половине сентября предпринять наступательную операцию для овладения Восточной Пруссией - этого злосчастного фетиша русской стратегии. Операция эта больше не имела никакого смысла, но Ставка имела дряблость на нее согласиться и предписала Юго-Западному фронту оставаться на месте. Генерал Иванов, получив эту директиву, просил разрешение отступить (оставаться на месте, имея в тылу неприятельскую крепость, разлившийся Сан и лесисто-болотистый Таневский район, он считал рискованным). Испугавшись отступления и оставления врагу территории, Ставка еще раз изменила решение. 13 сентября произошло второе совещание в Холме, на котором был принят план перебросить на Ивангород вслед за шедшей уже туда 4-й армией еще и 9-ю. Генерал Рузский должен был уступить Юго-Западному фронту 2-ю армию - и этим трем армиям (2-й, 4-й и 9-й) надлежало двинуться с фронта Варшава - Ивангород в сердце Германии. Пока неустойчивая мысль русского Верховного колебалась подобно флюгеру в стороны противоположных решений, IX германская армия закончила свое сосредоточение, а австрийцы произвели перегруппировку и набрались новых сил. 15 сентября началось наступление австро-германских армий. IX армия Гинденбурга развернулась на левом берегу Вислы, I армия Данкля атаковала по обоим берегам, IV - эрцгерцога Иосифа Фердинанда (заменившего впавшего в немилость Ауффенберга), III - Бороевича и II - Бем Ермоли наступали на правом берегу - последняя от Карпат была нацелена на левый фланг нашего расположения в Галиции. Наша конная завеса стала отходить. После Галицийской битвы конница нашей 8-й армии дошла до Карпат. 2-я сводная кавалерийская дивизия генерала Павлова овладела было 12 сентября Ужокским перевалом, захватив пленных и 5 орудий. Наступлению пяти неприятельских армий мы смогли противопоставить на левом берегу конный корпус генерала Новикова183, на правом - конницу генерала А. Драгомирова184, графа Келлера, Каледина185 и Павлова. Ставка решила парировать австро-германское наступление фланговым ударом 2-й армии от Варшавы, в то время как 4-я и 9-я армии должны были атаковать от Ивангорода с фронта, а остальные удерживаться на Сане. Однако план этот был сорван генералом Рузским. Штаб Северо-Западного фронта не счел нужным исполнить директивы Ставки и не приготовил в районе Варшавы сил для организации маневренного кулака. Имея 20 пехотных и 9 кавалерийских дивизий против 7 пехотных и 1 кавалерийской германских дивизий (действовавших, однако, искусно и наступательно). Рузский переоценивал силы неприятеля и боялся ослабить свой фронт. Лишь 16 сентября он назначил в Варшаву подходивший II Сибирский корпус генерала Сычевского186 (4-я и 5-я Сибирские стрелковые дивизии). Последовал торг - унизительный для Ставки, не посмевшей прямо приказать нерадивой подчиненной инстанции. В конце концов Рузский согласился выделить 2-ю армию в составе I и XXIII армейских корпусов. 18 сентября произошло третье совещание в Холме, в результате которого была снята с фронта для переброски в Варшавский район 5-я армия. Штаб Юго-Западного фронта принял руководство операциями сосредотачивающихся на левом берегу 2-й, 5-й, 4-й и 9-й армий. Оборона Галиции - вдоль по Сану - возлагалась на правобережную группу 9-й армии (отряд генерала Крузенштерна) и на 3-ю и 8-ю армии, объединенные под начальством генерала Брусилова. Осадная армия генерала Щербачева (6,5 дивизий) обложила Перемышль. Конный корпус Новикова старался, как мог, задерживать шесть неприятельских корпусов. Задача была ему явно не по силам. Истинный кавалерист предпринял бы этими 5 конными дивизиями (15000 шашек) широкую операцию по тылам врага, однако генерала Новикова хватило лишь на командование отрядом ездящей пехоты. Для поддержки Новикова штаб 9-й армии переправил у Опатова в качестве стратегического авангарда отряд генерала Дельсаля187, устроив на Висле Тюренчен. 21 сентября опрометчиво выдвинутый отряд Дельсаля (две бригады) был атакован тремя неприятельскими корпусами, едва не погиб и, зря понеся потери, отошел вслед за Новиковым за Вислу. В отряд генерала Дельсаля, кроме его Гвардейской стрелковой бригады, вошла еще 2-я стрелковая бригада. Штаб Юго-Западного фронта не видел надобности в задерживании неприятеля, убедившись, что мы все равно не можем его предупредить на левом берегу Вислы (4-я армия была еще далеко). Штаб 9-й армии переслал это генералу Дельсалю, ничего от себя не прибавив. Самонадеянный Дельсаль все же решил принять бой на Опатовской позиции (несмотря на советы командира 2-й бригады генерала Яблочкина). Русский отряд, силой в общем в дивизию, был атакован 7 дивизиями неприятеля и потоплен в его артиллерийском огне. Конница генерала Морица188 (5-я кавалерийская дивизия) отказалась прикрыть его правый фланг, который был обойден. Стрелкам пришлось отступать 10 верст под убийственным огнем. Они дрались геройски - и немецкие историки, значительно переоценивая русские силы, отмечают этот бой, как для них тяжелый. Наши потери: 79 офицеров, 7120 нижних чинов, 18 орудий, 17 пулеметов. |